Творчество читателей

Из дневника соучастника. Апофигей ритма или как я тренировал "музыкальность"

31.08.2014

Уф-ф-ф! Тяжело же мне дается этот кусок! Как гласит известный афоризм, говорить о музыке – все равно, что танцевать об архитектуре. Но, как следует из другого афоризма, взялся за гуж – отступать некуда. Итак, начнем… Все треки с музыкой для бальных танцев, которые используются в обучении, запускаются на конкурсах или скачиваются из сети, я разделял для себя на «подходящие» и «никудышные»...

Уф-ф-ф! Тяжело же мне дается этот кусок! Как гласит известный афоризм, говорить о музыке – все равно, что танцевать об архитектуре. Но, как следует из другого афоризма, взялся за гуж – отступать некуда. Итак, начнем…
Все треки с музыкой для бальных танцев, которые используются в обучении, запускаются на конкурсах или скачиваются из сети, я разделял для себя на «подходящие» и  «никудышные». Один из критериев «подходящести» состоял в том, чтобы из музыки легко и однозначно считывался ритм, чтобы ноты инструментов не расходились по ритмике друг с другом и с вокалом.
Иногда случалось услышать румбу сказочно красивую, но под которую невозможно было танцевать: вокал не совпадал с основным ритмом и «утаскивал» меня за собой. Из обсуждений на посвященном бальным танцам форуме я знал, что беда эта достаточно распространенная. Многие начинающие танцоры жаловались, что вокал сбивает их с ритма. Педагоги советовали: выбери музыкальный инструмент с нужным ритмом и танцуй под него. Воспользоваться советом не удавалось. Либо я не мог выделить инструмент из звукового потока. Либо, после некоторой практики, отслеживать инструмент худо-бедно получалось, но для этого приходилось «не слышать» или «почти не слышать» вокал. Но когда песня не наполняет слух и тело, когда не погружаешься в нее без остатка и не слышишь красоты, то пропадает и удовольствие от танца. А стоит прислушаться к основной мелодии – она тут же уводит тебя от инструмента, задающего ритм. С похожими проблемами я сталкивался и раньше, когда занимался в хоре. Мужчин было мало, девочек – много. И женские голоса звучали настолько красиво и мощно, что трудно было не заслушаться ими. А заслушавшись – трудно было вести свою собственную мужскую партию. В танцах – тот же эффект: наиболее звучная и красивая по мелодии составляющая втягивает в себя подобно пылесосу, отрывая едва слышного барабана.
Постепенно, накапливая опыт попыток вылавливании из музыки нужного ритма, я научился, и удерживать этот ритм, и одновременно иногда слышать ведущую мелодию. Но входить в мелодию удавалось лишь короткими погружениями - на мгновение оторвавшись от ниточки ритма, чтобы тут и вернуться же к ней. Полноценное восприятие музыки при этом все равно разваливалось. Можно ли что наслаждаться любимым блюдом или напитком, если во время еды одновременно ругаться с кем-то по телефону или смотреть интересный фильм? Вряд ли. И я по-прежнему признавал только простые ритмы и делил музыку на «подходящую» и «неподходящую».
Но однажды, исполняя на конкурсе свою любимую чачу, я, к великому своему изумлению, не попал в довольно-таки несложную музыку. Этот досадный случай с новой силой обострил интерес к вопросу синхронизации музыки и шагов. Заглянув в интернет-ресурсы для начинающих музыкантов, я первым делом ухватился за тему полиритмии. Внутренний голос нашептывал, что именно здесь упрятан волшебный ключик. Что, овладев навыком слышать разные ритмы одновременно, я раз и навсегда покончу с «выпадениями» из ритмически сложной музыки . Идея увлекла меня и, забросив учебу в музыкальных интернет-колледжах, я с головой окунулся в эксперименты.

Я начал с управления группировкой ударов метронома. Метроном звучит равномерно, но настраивая себя определенным образом, можно слышать удары сериями по два, по три,  по четыре. Можно, но это слишком просто! Двинемся дальше.
Часы в комнате тикают так, что тихие удары вклиниваются точь-в-точь между громкими. Пытаюсь слышать часы четырехдольными тактами. Сама собой вырисовывается последовательность: РАЗ! - громкий удар, И! – тихий, ДВА! – громкий, И! – тихий. Это – то, что происходит естественным образом, под диктовку чередования тихих и громких ударов. Но ведь хочется быть господином, а не рабом ритмической организации звука! Поэтому попробуем наоборот: счетом И! отмечать громкие удары, а Раз, Два, Три, Четыре – пусть приходятся тихие. Вроде бы, получается. Но при этом И! – все равно доминирует и звучит с акцентом, а 1-2-3-4 - получаются "безударными". И весь такт как целое организуется четырехкратным счетом И! А 1-2-3-4 - идут как подчиненные этому счету призвуки. Пытаюсь перенести акцент на 1-2-3-4, сделать их ударными - ничего не выходит: взятый было счет начинает сам собою сползать таким образом, что   акценты смещаются на громкие удары и приклеиваются к ним. Как будто громкие удары примагничивают к себе акценты, и нет возможности противиться этому "всасыванию". Пытаюсь сформировать субъективно  "непрерывную" последовательность, когда после 1! ждешь 2!, после 2! - дожидаешься 3!, после 3! -4!, чтобы внимание сплавляло эти четверки в целостные фигуры. Снова не выходит: после каждого счета внимание, не дойдя до следующего, проваливается в громкое И!, и последовательность числительных распадается на бессвязные фрагменты.
Повторяю опыт на следующий день. Двое часов. У одних секундная стрелка перемещается с относительно громким ударом, у других - совсем тихо и как раз в противофазе громким часам. Довольно быстро смог настроиться и выполнить вчерашние упражнения. Счет числительных - на слабые удары и с акцентом на них, в то время как И! - на сильные удары. Потом - просто счет на слабые удары. Внимание без труда отслеживает и объединяет четверки «тихих» числительных, скорее – И! фрагментируется и теряет непрерывность. Вот так прогресс! Может быть упражнение слишком легкое? Выношу часы с тихим тиканьем комнаты, оставив только громкие. И снова все замечательно: числительные легко вставляются между ударами, и через сознание слитными четверками проходит тишина пауз. Добавляю счет И! на каждый удар часов – и снова получается четверками отслеживать беззвучные числительные, в том время как звучащее И! – проходит фоном.
Пойдем дальше. Пробую считать в темпе более быстрым, чем удары часов. В принципе можно, но большие сомнения относительно равномерности моего счета. То же - и при попытках считать в отстающем от часов темпе. Все-таки, надежный, равномерный внутренний метроном, работающий вопреки внешним ориентирам - запустить не удается.
По ходу поисков то и дело случались побочные открытия и неожиданности. Например, если звучат равномерные удары метронома, то их нетрудно произвольно группировать и перегруппировывать в восприятии, выделяя слухом «сгустки ударов» - последовательности по два, по три, по четыре или по пять ударов в каждой. А вот если запустить воображаемый, «внутренний» метроном, то строить и произвольно менять ритмические группировки «поверх» воображаемых ударов уже не удается. Хочешь слышать удары двойками – и внутренний метроном запускает их как изначально организованные по два, хочешь слышать тройками – внутренний метроном перестраивается на тройки. Воображаемые удары, в отличие от реальных, не могут жить сами по себе независимо от последующей группировки. Меняешь группировку – меняется и механизм генерирования воображаемых ударов.
Интерес к полиритмии довольно скоро вывел меня на электронные метрономы, которые умеют генерировать в разных сочетаниях и удары с неодинаковыми интервалами, и наложенные друг на друга ритмы, и звуки музыкальных инструментов. Узнав, что такие устройства существуют в природе, да еще и доступны через интернет, я испытал мощный подъем. Казалось, что работа с такого рода тренажерами таит в себе колоссальные возможности развития многоголосого восприятия музыки .

Начинаю с нехитрого ритма: три длинных удара метронома и два коротких, укладывающихся по времени в один длинный . Практически, «Ча-Ча-1-2-3»! Выполняю шаги чачи на месте. Но так, чтобы короткие шаги (Ча-Ча) приходились не на короткие удары метронома, а со сдвигом. Например, на длинный удар, который следует за двумя короткими. Увлекательно! Но сразу почему-то не получается. А если, чтобы не так громоздко, заменить движения ног просто счетом Ча-Ча-1-2-3? Поехали!
Рисую на бумаге четыре варианта того, как счет 1-2-3-4, с разными смещениями, может соотноситься с ритмом Ча-Ча-1-2-3. Картинка помогает быстро переключаться с разных способов наложения счета вслух на звучащий метроном. Потом сообразил, что переключаться можно и механически, просто повторяя одно из порядковых числительных дважды. Или - подставляя под сдвоенный удар метронома то счет Раз, то Два, то Три, то Четыре...
Теперь совмещаю ритм метронома со счетом вслух уже не на 1-2-3-4, а на Ча-Ча-1-2-3. Получаются две сдвинутые друг относительно дружки чачи – одну слышу с метронома, другую считаю вслух. Через пару минут кое-как включился и в этот режим: удары слышу, счет веду. Но воспринимать одновременно в обоих каналах ритмические узоры по пять ударов – все равно не получается: щелчки метронома идут не сериями, а беспорядочной россыпью....
Перехожу на метрономы с двумя и более одновременно звучащими ритмами
Вот трек, основная трудность которого даже не в полиритмии, а в том, что фоновый ритм то ли нерегулярный, то ли слишком длинный – никак не могу выловить из него циклически повторяющуюся мелодию. Наконец-то, получилось! Целостную ритмическую фигуру слышать еще не удается, но то, что она повторяется -  после многократного прослушивания уловить могу. Начинаю записывать на бумаге по частям, снова и снова прослушивать, править и дополнять записанное. Есть! Оказывается, цикл действительно очень длинный, в нем около 15 ударов! Отследить в режиме on-line такую длинную последовательность как цельную ритмическую единицу, что-то вроде «мелодии» - не удается. Удается только восстановить ее, занося на бумагу и объединяя на чертеже выловленные слухом отдельные фрагменты . А какой вообще длины ритмический цикл можно воспринять слухом как целое? Где верхняя граница? Тут же вспоминаю мелодию из морзянки, которая, хоть и состоит из 38 ударов, но запоминается с первого раза. Значит, доступная восприятию длина зависит не только от количества ударов, но и от того, как хорошо сложен их «букет»? А как именно он должен быть сложен?...

Погрузившись в «метрономные тренировки», я через какое-то время сообразил, что развивать полиритмические навыки можно и без электронных помощников. Я ведь и сам с ног до головы оснащен приспособлениями для производства ритмов: правая рука, левая рука, ноги, голос. А еще есть воображаемые звуки метронома, есть речевое воображение, есть воображение музыкальное. Я увлеченно перебирал и комбинировал упражнения на совмещение и перегруппировку ритмов, надеясь найти свой «королевский путь» - путь, который, пролегая поперек системы музыкального образования, в кратчайший срок приведет меня к той же цели.
Когда-то давно я осваивал специальность радиотелеграфиста, и с тех пор я легко оперирую последовательностями из звучащих «точек» и «тире».. Конечно же, я не удержался от соблазна воспользоваться привычным материалом. Новая волна упражнений представляла собой что-то вроде дуэта на телеграфных ключах.
Возьмем два разных ритма, задаваемых, например, постукиванием пальцами правой и левой рук. Для начала – зеркальные и равные по длине. Например, две точки и тире (буква «У») на одной руке, а на другой – тире и две точки (буква «Д»). Оказалось, что сломать естественный позыв двигать обеими руками в синхрон и начать выполнять одновременно два разных движения – совсем не то же самое, что одновременно держать их в фокусе осознанного внимания. Обе руки довольно быстро научаются отстукивать разное, но делают это на автопилоте. А вот слышать одновременно обе руки – совсем плохо получается.
С этой закономерностью я сталкивался все то время, пока возился с придумыванием и выполнением «телеграфных» упражнений. Каждый раз, после какого-то количества попыток можно физически выполнить большинство задач на одновременность. Но механизм их освоения – всегда такой, что  сначала ясно понимаемое и представляемое движение не дается в руки, а потом – дается в руки, но при этом ускользает из сознания. И вот уже два «перпендикулярных» движения выполняются руками напрямую, автоматически, минуя голову.
Через какое-то время я научился, отстукивая морзянку обеими руками, «слышать» одну из своих рук. Попытки включить в фокус внимания еще и другую руку привели к интересному эффекту: ритмический рисунок, скажем, на правой руке начинает доминировать и подчиняет, втягивает в себя то, что идет от левой (или наоборот). И тогда «правая» ритмическая мелодия оказывается «украшенной» «левыми» призвуками. А куски от «левой» буквы, хоть и вклиниваются в звучание «правой», но не разрывают ее цельное восприятия. Даже помогают. Что-то наподобие аккомпанемента или «форшлага» в музыке. С точки зрения восприятия это был, фактически, один, а не два голоса! Ритм правой руки прихватывает что-то от левой, и все это идет слитным ритмическим узором, в едином русле. Значит, бороться придется еще и с этой «маленькой хитростью», при помощи которой психика пытается обмануть своего хозяина.
Я упражнялся до изнеможения. Руки выстукивают автоматически, сознание – пытается ухватить ритмическую двухголосицу. В какой-то момент, вроде бы, достиг успеха в одновременном восприятии фигур «точка-тире» и «тире-точка». Наконец-то! Но это было так зыбко, так невнятно... Ясности восприятия не хватало для того, чтобы установить: точно ли имеет место одновременность? Или на самом деле воспринимается буква с одной руки, а память, обманывая тебя, задним числом догоняет эту букву и подставляет как бы вровень с ней букву с другой руки? 

Однажды начавшись полиритмические опыты то и дело наталкивали на вопросы, смутные догадки и эффекты, которые хотелось тут же уточнить, объяснить, проверить. Откуда, например, такой колоссальный  разрыв между легкостью выстукивания разных ритмов двумя руками – и трудностью одновременного слышания этих же ритмов? Хотелось докопаться до объяснения. Докопался!
Допустим, нужно добиться такого исполнения, когда идут три удара в такте с правой руки, и одновременно – четыре удара в том же такте с левой руки. Казалось бы, все просто. Вот выполняем удары левой рукой, вот выполняем правой. А затем запускаем оба ритма разом, работаем левой и правой рукой одновременно. Но весь фокус в том, что психомоторика, хотим мы этого или нет, нащупывает другой, более короткий путь. И предлагает свою логику синхронизации двигательных ритмов. Логика эта – примерно та же, что и при завязывании шнурков. Мы ведь, когда учимся это делать, не идем «от частей к целому», не соединяем два отдельных движения правой и левой руки. Нет, действие выполняется обеими руками как слитное и единое, и никакой «двухканальности» здесь нет. Две руки – не два, а один канал, один орган выполнения «двуручного» движения. Парадокс здесь заключается в том, что «сложное» движение оказывается даже проще, причем намного прощен, чем его «составляющие». Действительно, попробуем то, что мы делаем со шнурками левой или правой рукой, выполнить по отдельности – и у нас ничего не выйдет! Это же происходит и при отстукивании двух ритмов. Физически действие выполняется так:

      Правая рука

      Левая рука

Но психологически, по своей внутренней организации – оно устроено совсем по-другому. Вот так:

      

Или, если не брать в расчет физический, но психологически совершенно неважный факт «двурукости», то вот так:

      Единое «двуручное» действие
      
Интересное, конечно, наблюдение. Но причем здесь попадание в музыку? Вот так, увлекшись ритмическими опытами, я постоянно отклонялся в своем поиске от первоначального русла. Недисциплинированное любопытство прыгало во все стороны, путь ветвился и растекался. Чтобы не заблудиться в потемках хаотичного экспериментирования, приходилось время от времени одергивать себя и вспоминать, что поиски все-таки имеют цель, что исходно ставилась какая-то задача.
В конце-концов, вся эта работа показала: генерирование полиритмии, восприятие полиритмии и реагирование на полиритмию – это разные механизмы и способности, и развитие одной из них не обеспечивает развитие других. Принципиальная разница состоит в том, что генерирование и реагирование можно автоматизировать. А восприятие предполагает осознанность просто по условию поставленной задачи. А это значит – хватит стучать! Слушать, слушать и еще раз слушать!

Разбираю тренировочный трек на электронном метрономе. Прослушиваю, записываю ритмы в виде черточек на бумаге. Не успел, потерялся, не уследил - снова прослушиваю и записываю. Выясняется, что на треке три «голоса»: два ударных инструмента с разным звучанием и вокал. Инструменты производят повторяющиеся ритмические фигуры длиной не в один, как я привык, а в два четырехдольных такта. Сначала пробую соотнести на чертеже «жестяной» размеренный метроном со вторым ударным инструментом, который издает звуки неравномерными двойками. Долго не удается: дико сбивает человеческий голос. Наконец, получилось! Теперь можно начать записывать вокал. После десятков прослушиваний и исправлений в записях – удалось-таки восстановить ритмику двух тактов во всех трех звуковых составляющих. Но это – в записи, на нарисованной схеме. А слышать все и три голоса одновременно, даже опираясь на рисунок, – и пытаться не стоит. А стоит, наверное, пытаться выхватывать слухом и отслеживать по одному голосу, если повезет – по два...
На других треках обнаружились повторяющиеся циклы уже из четырех четырехдольных тактов. Радует, что уже без большого труда удается выделять ритмические фигуры более длинные, чем в один такт.
А вот еще приятный сюрприз! Оказывается, на некоторых треках – можно регулировать громкость разных по ритмам и инструментам голосов! Громкий ритм сделать тихим, увести его в фон - и прослушивать то, что прежде было фоновым и едва слышным.  Затем - постепенно наращивать громкость голоса и добиваться баланса, при котором оба голоса легче выделяются слухом…

На волне увлечения музыкой я с большим интересом прочитал главу о музыкальности в книге «Танцы в большом городе». Многое из того, что высказали танцоры, было созвучно моим поискам. И я ощутил прилив новых сил и интереса. Вместе с тем - уловил и голоса предостережения. От чрезмерного увлечения аналитическим подходом, от поиска «королевских путей» в музыкальность и попытки вымостить дорогу специальными упражнениями. Многие высказывались в том смысле, что лучший способ развить музыкальность – это слушать как можно больше хорошей музыки. И в этом, наверное, есть своя правда. Что это за правда?
В начале поисков я исходил из двух само собой разумеющихся, как мне казалось, предположений. Во-первых, овладение наложенными друг на друга ритмами представлялось более простым, чем овладение наложенными мелодиями голосов и инструментов: ведь каждый ритм – это «скелет», упрощенная схема мелодии, из которой удалены эффекты перепада высоты и тембра. Во-вторых, в одновременной концентрации на разных ритмах я видел простое, начальное, но содержащее в себе ключевые моменты предвосхищение способности слышать одновременно несколько мелодий. Своего рода «бейсик» в восприятии многоголосья, овладев которым легко сделать шаг к восприятию уже не ритмов, а собственно музыки. Оперевшись на эти две «очевидности», я двигался от простого к сложному. Но действительно ли ритм проще мелодии? Ведь голый ритм, будучи ущербной и засушенной мелодией, не имеет той захватывающей красоты, той вовлекающей силы, которой наделена полнокровная музыка. Не следует ли из этого, что вниманию, чтобы «войти в звук», труднее зацепиться за один только ритм? А значит, ошибка была уже в исходной точки моего пути, и ритм не проще мелодии? Похоже, теперь ключ к музыкальности нужно искать где-то в другом месте и как-то иначе...
Снова возвращаюсь к прослушиванию «никудышной» танцевальной музыки, в которой вокал расходится с ритмом. Отбираю для последующей работы то, под что не мог прежде танцевать,.
В этом треке  – похоже, нужно будет серьезно побороться с вокалом, чтобы удержаться на ритме чачи. А вот на этом – сразу идет очень легкая для чачи музыка, но к концу первой минуты вокал начинает безобразничать, уводя от нужного ритма. Не отследишь начала этих безобразий, не уцепишься вовремя за ударные  – обязательно потеряешься и утонешь. А успел вовремя ухватиться за ритм, потерпишь немного – и вокал снова входит в нужную колею. Дальше все опять легко аж до четвертой минуты. А под занавес снова что-то сложное и сбивающее. Последний трек кажется очень сложной вещью, сразу ритм в нем так и не выловил. Нужно будет вернуться и послушать еще раз.

Выбрал десяток «трудных» записей. Задача – отслеживать ритм, одновременно пропуская через себя мелодию вокала. Преимущество этого вида упражнений заключалось еще и в том, что, прослушав и зафиксировав успехи и неудачи в удержании ритма, к этой же песне можно вернуться после тренировок и сравнить результаты с первоначальными записями. Или вернуться через любое длительное время и проверить, насколько устойчив навык, окреп он или, наоборот, выветрился.

Уже на стартовых замерах я отметил, что когда вокал отходит от ритма – это уже не так раздражает, как прежде, до начала моего «набега на музыкальность». Есть даже ощущение, что с этим можно справиться, и что это не слишком уродует музыку. Все-таки, усилия и поиски в работе с ритмом не пропали даром. Еще месяц тренировок в прослушивании «трудных» мелодий – и успехи еще более несомненные!
• Трек №1. При «стартовом» замере я, хотя и удерживал ритм, отстукивая счет 4/4, но расходящийся с ритмом вокал слышал отстраненно и поверхностно; не отдаваясь ему и не наслаждаясь им. На «итоговом» замере основная сосредоточенность слуха - на вокале. Погружение в вокал глубокое, почти полное. И при этом – отстукивание ритма легкое, уверенное, автоматизированное. Даже когда ритм не ловится из музыки в виде конкретного звука, когда такого звука там просто нет – это не приводит к растерянности или дискомфорту: стучу как ни в чем ни бывало.
• Трек №2. На стартовом замере – сбился со счета три раза. При этом было несколько моментов полной потерянности, когда стучал как бы вслепую: в музыке не опоры ритма не находил, а своему «внутреннему метроному» не доверял. На итоговом – не сбился ни разу, и только один раз было чувство потери сознательного контроля: «Где я относительно сильной доли?». Но рука продолжала отстукивать ритм и тогда, когда сознательный контроль на пару секунд отключился. Это позволило очень быстро «найти себя» внутри ритма и восстановить контроль.
• Трек №3. На стартовом замере – вообще не могу въехать в ритм музыки, все путается. На итоговом – ритм отслеживается очень легко. Даже не обязательно считать по одному до четырех: достаточно отслеживать четверками как цельными единицами с сильной долей внутри. Вполне вероятно, что основа моего прогресса в прослушивании всех этих треков – это как раз усвоение и использование четырехдольного такта как новой целостной единицы, своего рода «ритмической молекулы». Перешел от счета долями-атомами к счету тактами-молекулами - и уже не нужно находить в ударах инструмента соответствие для каждого счета: достаточно общего ощущения совпадения, проверяемого иногда на уровне отдельных ударов. Слушая эту музыку, я на два-три такта отвлекся, чтобы напечатать что-то на клавиатуре. Но при этом было четкое ощущение, что ритм улавливается в фоновом режиме: «организм сам считает!». И уверенность, что я моментально вернусь в прежний режим, лишь только перестану печатать и снова сфокусируюсь на музыке. Так оно и получилось.
• Трек №4   . На старте – слышу ритмическую опору в ударных, но вокал настолько сильный, что несколько раз сбиваюсь. Некоторые сбои дезориентируют настолько, что так и не могу восстановить счет. На итоговом замере – пару раз терял свое положение относительно ритма, но отстукивание руками продолжалось своим чередом, и это позволяло быстро «приходить в себя» в музыке.
Одно из последних открытий, пока еще в форме предположения: развитый слух улавливает ритм музыки в целом, из всей конструкции ее голосов, не цепляясь ни за какой отдельный инструмент и даже при отсутствии задающего ритм инструмента. Надеюсь, у меня еще будет возможность проверить это на себе.
Как и многие увлечения, волна увлечения музыкальностью в какой-то момент пошла на спад. Каков итог? С чем я остался после трех месяцев блужданий в случайных пробах и многочисленных иллюзиях? Оказывается, с хорошим прибытком! Теперь я четко слышал ритм практически во всех композициях, которые прежде казались абсолютно неприемлемыми для танцев.
Ну, а все остальное, на что натыкался по пути? Все эти заблуждения, ошибки, тупики, зигзаги? Думается, они сродни детским историям о путешествии в сказочный мир. Может быть, это и было сном, но после пробуждения в руке почему-то оказывается вполне вещественный и крайне полезный  сувенир от волшебника из страны грез. Да и само путешествие того стоило, и, может быть, это – самое главное. Оглядываясь на затейливую тропу музыкальной авантюры, я благодарен судьбе за то, что она случилась. И надеюсь на продолжение. Позади - незабываемое путешествие, каждый шаг которого был отмечен открытиями и что-то изменил во мне. И пусть по большей части прозрения оказались ошибочны. Неважно. Для внутреннего опыта не существует заблуждений, и то, что приснилось или почудилось, имеет здесь ровно ту же цену, что и случившееся наяву. Наши чувства, переживания, память - иллюзорными не бывают.

Вернуться в раздел

Последние публикации

Оставить комментарий

Комментарии могут оставлять только зарегистрированные пользователи – зарегистрироваться. Если вы уже зарегистрированы – авторизуйтесь.